+375 17 378-83-89

Пн-Пт с 8:30 до 17:00

marketolog@profmedia.by

••• Обжаловал постановление по делу — наказание усилят?

"Юридический мир" № 03/2016

••• Обжаловал постановление по делу — наказание усилят?

Павел ЛАТЫШЕВ, адвокат, магистр юридических наук, аспирант

Сергей ЛАТЫШЕВ, адвокат

Индивидуализация административной ответственности является одним из важнейших составляющих принципов административного права., Оона обеспечивает реализацию таких его основополагающих принципов, как гуманизм, демократизм, справедливость и ответственность за вину. Неиндивидуализированную ответственность нельзя считать ни гуманной, ни справедливой, ни соразмерной содеянному, то есть ответственности за вину.

Согласно требованиям Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее —– ПИКоАП) орган, ведущий административный процесс, обязан принять все предусмотренные законом меры по всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств административного правонарушения, устанавливая как уличающие, так и оправдывающие, как смягчающие, так и отягчающие ответственность обстоятельства, а также другие обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в административном процессе.

Таким образом, при наложении административного взыскания, соответствующий орган обязан не только выяснить обстоятельства дела, но и выявить все обстоятельства касательно личности лица, привлекаемого к ответственности, и только после детального анализа всех вышеперечисленных условий принимать решение о назначении того или иного вида и размера взыскания.

Увы, практика часто говорит об обратном.

Пример 1

В сентябре 2014 года. заместителем начальника одного из ОГАИ г. Минска было вынесено постановление, в котором указано, что гражданка А. допустила нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных Указом Президента Республики Беларусь от 28.11.2005 № 551 (далее —– ПДД). В этой связи она признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.16 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее —– КоАП), и подвергнута административному взысканию в виде штрафа в размере 60 базовых величин (БВ) с лишением права управления транспортными средствами всех категорий сроком на 3 года. При этом в постановлении было указано, что ни смягчающих, ни отягчающих вину обстоятельств установлено не было.

Не согласившись с принятым решением, гражданка А. обжаловала его в суд, поскольку считала, что в ее действиях отсутствует событие административного правонарушения, а выявленные у нее показатели алкогольного опьянения являются недостоверными, а попросту говоря, не ее.

В ноябре 2014 года одним из судов г. Минска постановление заместителя начальника ОГАИ было отменено, а дело об административном правонарушении направленно на новое рассмотрение.

При новом разбирательстве дела стороной защиты был заявлен ряд ходатайств, направленных на установление объективной истины по делу, а также на получение дополнительных доказательств, однако в удовлетворении данных ходатайств были отказано.

В январе 2015 года. постановлением того же самого заместителя начальника ОГАИ снова было признано, что гражданка А. якобы виновна в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.16 КоАП, и подвергнута административному взысканию в виде штрафа уже в размере 80 БВ с лишением права управления транспортными средствами всех категорий сроком на 3 года. В постановлении по делу уже было указано в качестве обстоятельства, смягчающего административную ответственность, наличие у гражданки А. на иждивении малолетнего ребенка.

Пример 2

В сентябре 2014 года. начальником одного из ОГАИ г. Минска было вынесено постановление, в котором указано, что гражданин Б. допустил нарушение п. 91.2 ПДД, в этой связи признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 18.13 КоАП, и подвергнут административному взысканию в виде штрафа в размере 15 БВ. При этом в постановлении было указано, что ни смягчающих, ни отягчающих вину обстоятельств установлено не было.

Не согласившись с принятым решением, гражданин Б. обжаловал его в органы прокуратуры, поскольку считал, что вина его в совершении административного правонарушения не доказана, а имеющиеся в материалах дела доказательства являются недопустимыми, недостоверными и, в совокупности, недостаточными по делу доказательствами.

В декабре 2014 года одним из судов г. Минска по протесту прокуратуры г. Минска постановление начальника ОГАИ было отменено, а дело об административном правонарушении направленно на новое рассмотрение.

При новом разбирательстве дела гражданином Б. было заявлено ходатайство о прекращении в отношении него административного процесса по п. 10 ст. 9.6 ПИКоАП за недоказанностью совершения административного правонарушения.

В декабре 2014 года. постановлением того же самого начальника ОГАИ снова было признано, что гражданин Б. якобы виновен в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 18.13 КоАП, и подвергнут административному взысканию уже в виде лишения права управления транспортным средством на 10 месяцев. В постановлении по делу вновь указано, что ни смягчающих, ни отягчающих вину обстоятельств по делу не установлено, хотя в ходатайстве о прекращении административного процесса гражданин Б. указывал на наличие у него на иждивении двух малолетних детей.

В первой анализируемой ситуации мы видим, когда при одних и тех же обстоятельствах дела, при новом после отмены рассмотрении дела, должностным лицом ОГАИ взыскание в виде штрафа, наложенного на гражданку А., было увеличено на 20 БВ. При этом, если при первом рассмотрении дела, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств установлено не было, то при повторном рассмотрении дела по существу смягчающим ответственность обстоятельством признано наличие у гражданки А. на иждивении малолетнего ребенка. Таким образом, при одних и тех же обстоятельствах дела, но при наличии смягчающих ответственность обстоятельств лицу при повторном рассмотрении дела наказание было усилено.

Во втором случае мы имеем аналогичную ситуацию, когда при одних и тех же обстоятельствах дела начальник ОГАИ усиливает наложенное на водителя взыскание. Только если в первом случае имело место увеличение размера в пределах одного вида административного взыскания, то во втором случае мы видим, что начальник ОГАИ вообще перешел от одного вида взыскания к другому (от штрафа к лишению специального права —– права на управление транспортным средством). При этом изменение вида взыскания с более мягкого на более жесткое в вынесенном постановлении ничем не мотивировано.

Мы считаем подобную практику назначения (применения) административных взысканий при новом рассмотрении дела неправомерной и неправильной. Неправомерной хотя бы по тому признаку, что орган, ведущий административный процесс, усиливает взыскание на фоне установления новых, смягчающих вину лица, обстоятельств (при тех же самых иных обстоятельствах дела) и при этом, никак не обосновывает усиление налагаемого взыскания. Не говоря уже об анализе вопроса с точки зрения теории юридической ответственности. Неправильной, поскольку у лиц, привлекаемых к административной ответственности, может сложиться искаженное представление об институте обжалования постановлений по административным делам и принципах наложения административного взыскания.

Между тем, если обратиться к положениям ПИКоАП, то в нем отсутствуют нормы, которые бы регулировали условия (принципы) назначения административного взыскания именно при новом рассмотрении дела после отмены первоначального постановления. То есть, одни и те же нормы процессуального закона, регулирующие назначение административного взыскания, подлежат применению, как при первоначальном, так и при новом рассмотрении дела. На наш взгляд, именно из этого и проистекают вытекают проблемы правоприменения, изложенные в ситуациях приведенных примерах. Формально, законодатель не устанавливает условий, при наличии которых орган, ведущий административный процесс, не вправе усилить административное взыскание.

На наш взгляд, законодательство по рассматриваемому вопросу следовало бы изменить, применительно к опыту уголовного процесса.

Так, согласно ч. 2 ст. 398 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь (далее —– УПК) усиление наказания, применение закона о более тяжком преступлении либо иное ухудшение положения обвиняемого при новом судебном разбирательстве уголовного дела судом первой инстанции допускаются только при условии, если первоначальный приговор был отменен по кассационной жалобе потерпевшего, частного обвинителя или их представителей либо по кассационному протесту прокурора в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении либо за мягкостью наказания, а равно и по другим основаниям, влекущим ухудшение положения обвиняемого.

Согласно ч. 2 ст. 417 УПК усиление наказания либо применение закона о более тяжком преступлении при новом рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции допускаются только при условии, если первоначальный приговор был отменен в порядке надзора за мягкостью наказания или в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении.

Как мы видим, в основе решения вопроса об усилении наказания в уголовном процессе при новом рассмотрении того же самого уголовного дела в суде 1 первой инстанции лежит отмена первоначального приговора за мягкостью наказания. Если приговор был отменен по иным основаниям, то об усилении наказания не может быть и речи. Полагаем, что реализация аналогичного принципа в административном процессе усилит гарантии прав и законных интересов граждан при рассмотрении административных дел.

статья опубликована целиком

ООО «РегистрМедиа» 1996-2022